1.1
Запрет государственной пропаганды через запрет учреждения и финансирования средств массовой информации органами государственной власти любого уровня (отделение государства от средств массовой информации и журналистики)

Самая большая опасность для демократии исходит от государственных средств массовой информации, самая большая опасность свободе массовой информации исходит от государства, а именно, от чиновников, облечённых государственной властью (а не иностранных держав, партий, олигархов или тоталитарных сект). Механизм очевиден: стоит только политикам, однажды пришедшим к власти, взять под свой контроль информационные потоки / СМИ (причем, даже не обязательно все – достаточно прямо или косвенно контролировать основные), и эти СМИ превращаются в эффективнейшее орудие удержания власти, поскольку воздействуют непосредственно на мозг электората, поведение избирателя. Остальное – дело техники.


Парадокс состоит в том, что до сих пор запрет на учреждение и финансирование СМИ со стороны государства не осознан как необходимый принцип демократического устройства – и в самых демократических государствах существуют и государственные информагентства, и СМИ с хотя бы частичным государственным участием. В лучшем случае речь идёт о независимости СМИ, которая трактуется весьма мутно и размыто. Более того, государство видится иной раз как гарант такой «независимости», поскольку больше всего страхов вызывает зависимость СМИ от тех или иных финансовых центров силы («олигархов»), партий, религиозных организаций или («враждебных») иностранных держав. Принимаются законы, защищающие редакцию от произвола собственника, создаётся «общественное» телевидение, которое, по идее, не должно служить никакой политической силе, и т.д. Это всё очень трогательно и даже неплохо, но не существенно.


Проблема в том, что СМИ, в принципе, не могут быть независимыми, поскольку являются созданными в той или иной организационно-правовой форме хозяйствующими субъектами, у которых есть собственники (у которых не может не быть собственников), и которые не могут не зависеть от собственников, какие бы замечательные законы не защищали независимость редакционной политики (ибо, в конечном счете, кто платит, тот и заказывает музыку). Поэтому и о независимости СМИ вообще, абстрактно, говорить не имеет смысла. Нужно говорить о независимости СМИ от государства. Причем обеспечивать эту независимость нужно не полумерами вроде законов об «общественном» телевидении и защите редакционной политики от произвола собственника, а именно последовательным отделением государства от СМИ. Важно понять, что СМИ должны быть для государства абсолютным табу.


Выше отмечалось, что основным и решающим фактором, обеспечивающим устойчивость демократического порядка, является наложение жёстких ограничений на представителей самой власти (т.е. государства), а поскольку борьба за власть происходит, в основном, в информационном поле, то и для обеспечения демократии принципиально важно лишить государство (=чиновников) возможности информационного воздействия на общество.


Запрещено должно быть как прямое участие государства в любых СМИ, так и косвенное – т.е. не только самого государства, но и контролируемых с его стороны структур (через цепочки аффилированных компаний, напр.) и отдельно взятых чиновников; не только прямое финансирование, но и косвенное (предоставление кредитов, грантов, премий).


Иными словами, у чиновника не должно быть никаких механизмов воздействия на общественное мнение иначе, чем через собственное красноречие и практические результаты работы на своём посту. Этот запрет должен быть краеугольным камнем общественного устройства и будет являться самой надёжной гарантией демократии.

СМИ могут зависеть от кого угодно, но вот от кого они не должны зависеть никогда и ни при каких обстоятельствах, так это от государства. Кого ни при каких обстоятельствах не должно быть среди собственников (пусть даже миноритарных акционеров) или учредителей телерадиовещательной корпорации, так это государства (в лице его органов, представителей). Кто никогда не должен сидеть в совете директоров, наблюдательном совете и т.д., так это государственные чиновники. Из каких источников СМИ никогда не должны финансироваться – так это из бюджетных средств.


Запрет государственного контроля (а финансирование означает, в конечном счёте, контроль) над СМИ должен быть последовательно проведён на всех уровнях (желательно, начиная с конституционного) и по всем направлениям – государство (причем, не только государство, но и отдельные государственные чиновники как частные лица) не должно иметь никакой возможности:


– учреждать СМИ;


– финансировать СМИ и отдельные публикации в них;


– иным образом влиять на СМИ (в частности, занятие любых, в том числе выборных, должностей в государственных органах должно быть несовместимо с работой в СМИ вообще, журналистикой, в частности; журналисты не могут получать государственных наград; (со)владельцы и сотрудники СМИ не должны иметь возможности претендовать на занятие каких бы то ни было государственных должностей, в том числе выборных, желателен запрет на преподавание журналистики в государственных вузах, и т.д.).

Сотрудничество с государством должно быть несовместимо со статусом журналиста и журналистской этикой.

Возникает вопрос - а что же мировая практика?

1) Там, где не сморкаются в скатерть, нет необходимости запрещать сморкаться в скатерть. Ни лейбористам, ни консерваторам, вероятно,  не приходит в голову, что BBC можно использовать в качестве дубины для борьбы с оппозицией (Представляете себе картину маслом: лейбористы приходят к власти и с помощью BBC представляют консерваторов идиотами и нацпредателями, рейтинги премьера выстреливают к небесам…) Порадуемся за англичан. Они живут вообще без писаной конституции, но это не означает, что и нам конституция не нужна.


2) В США есть закон (Smith–Mundt Act), который ограничивает (во всяком случае до недавних поправок ограничивал) возможность правительства вещать на территорию США (но не запрещает на заграницу), и его принятие было, как раз, вызвано желанием оградить граждан США от пропагандистского воздействия со стороны правительства. Поэтому в США нет государственного телевидения или радио (есть голоса, изначально предназначенные для воздействия на зарубежную аудиторию – Голос Америки, радио Марти и т.д.). Это очень мудро. Вот эта гениальная идея (не наша) и проведена последовательно, доведена до логического конца в проекте. Но в наше время проводить различие между вещанием внутри страны и за рубежом, не имеет смысла – интернет не знает границ, такова технологическая реальность современности. Оставив государству возможность контроля за СМИ, направленными на зарубежную аудиторию, мы тем самым оставим лазейку для воздействия через эти СМИ на население внутри страны.

В условиях, когда мы можем наблюдать на нашем собственном горьком опыте, как государственная пропаганда через подконтрольные СМИ пришла на смену тотальному террору как бескровное, но эффективное орудие удержания власти, вот эту фактически осознаваемую в функционирующих демократиях, хотя в большинстве случаев чётко законодательно не оформленную и обеспечиваемую только на уровне политической культуры и менталитета недопустимость пропагандистского воздействия правительства на население, и следует переосмыслить как основную гарантию демократии, закрепив её при первой же возможности в конституции.
 

Данный тезис является частью общей концепции отделения государства от гражданского общества.

​(Если вы согласны с изложенным, поделитесь ссылкой на сайт с теми, кому может быть интересно)