По поводу жестких мер по борьбе с коррупцией в Китае

Хотел бы пояснить свою позицию по поводу жестких мер по борьбе с коррупцией в Китае, которые часто встречают поддержку и даже восхищение в России. На эмоциональном уровне мне такие чувства понятны, но я не сторонник расстрелов - в борьбе с преступностью вообще, коррупцией, в частности, неотвратимость наказания важнее его жестокости. Да, в Китае пытаются бороться с коррупцией, потому что она как песок в шестернях гос. механизма, но там та же проблема - отсутствие политической конкуренции (демократии). Китай добился больших успехов в плане экономики, тихо забив на социализм, открыв плотину экономической конкуренции и развязав руки частной экономической инициативе, но только допустив конкуренцию политическую, он сможет полностью реализовать свой огромный потенциал. Кроме того, с моей сугубо личной точки зрения, даже эффективная экономическая политика и жёсткие меры борьбы с коррупцией, реально способствующие росту благосостояния в стране и авторитета на международной арене, не могут быть оправданием авторитаризма, подобно тому, как много вкусной еды в миске и лоснящаяся шёрстка не могут быть оправданием и не дадут забыть узкий ошейник и короткий поводок. Никакие личные качества, заслуги и достижения на высоком посту не могут служить основанием или оправданием сверхсрочного и, тем более, бессрочного нахождения у власти. Никакие экономические (и внешнеполитические) успехи не могут служить оправданием беззакония, подавления инакомыслия, манипулирования судами и средствами массовой информации, отстранения граждан от реального участия в формировании властных структур. И – нет, я не поклонник Ли Куан Ю. По поводу коррупции хотелось бы ещё заметить вот что: Обладающий огромным моральным авторитетом в обществе руководитель благотворительного фонда, помогающий онкобольным, если он получает на свою деятельность государственные гранты, уже не может себе позволить выступить публично с критикой политики властей в области здравоохранения, поскольку понимает, что завтра финансирование может прекратиться и пострадают те самые больные, помогать которым должен фонд. Мало того, руководителю фонда будет сложно отказать президенту в ненавязчивой просьбе поучаствовать в его предвыборной компании на новый срок в качестве доверенного лица. Причём упрекнуть государство в прекращении такого финансирования будет сложно – государство ведь отвечает за финансирование государственных учреждения здравоохранения, а не общественных благотворительных фондов, направления средств которым есть лишь акт доброй воли чиновника и не более. В такую же щекотливую ситуацию попадёт правозащитная организация, получающая правительственные гранты на благородные цели своей деятельности, ведь основным оппонентом правозащитников является то самое государство, которое заботливо оказывает им финансовую помощь. Бескомпромиссно отстаивать нарушаемые государством права граждан становится так же нелегко, как и прокурору, получающему взятки от мафии, продолжать бескомпромиссно бороться с этой самой мафией. В аналогичной ловушке оказывается и политическая партия, которая получает по закону государственное финансирование, если набирает на выборах предустановленный процент голосов. Формально получение такого государственного финансирования зависит от избирателей, но ведь не страдающим врождённой патологической наивностью людям понятно, что для властей опустить процент немного ниже установленной законом планки не так уж и сложно – дело техники. Тем более, если в реальности этот процент (с ведома тех же властей) был ранее немного завышен, и теперь в процессе выборов и подсчета голосов достаточно просто применить всю строгость закона. И вот что интересно: если прокурор состоит на содержании у мафии и спускает на тормозах расследование её преступлений, это называется коррупция, и в обществе (во всяком случае, в определённой его части и, хотя бы теоретически) существует понимание того, что с ней нужно бороться; а как называется ситуация, когда правозащитная организация, политическая партия, благотворительный фонд или телекомпания (т.е. институты гражданского общества, а не госорганы или госучреждения) получают государственное финансирование, находятся фактически на содержании государства? Важно понять, что направление бюджетных средств под тем или иным предлогом в той или иной форме средствам массовой информации, общественным объединениям (в том числе, благотворительным фондам, партиям, религиозным, молодёжным и детским организациям), на цели проведения массовых мероприятий (Олимпиады, универсиады, парады, фестивали) в виде прямой и косвенной помощи церкви, на приобретение акций коммерческих организаций, «поддержку» творческих проектов – это тоже коррупция, где взяткодателем выступает государство, т.е. находящиеся у власти лица, и чиновники подкупают институты гражданского общества, ставя их от себя в финансовую зависимость, а тем самым – себе на службу, причём делают это не за собственный, а за бюджетный счет, т.е. за счет общественных фондов (средства налогоплательщиков). Таким образом, понятие "коррупция" требует переосмысления (расширения). Имеет смысл, вероятно, говорить в данном случае о «государственной коррупции» (взяткодатель – государство, подкупаются негосударственные структуры, институты гражданского общества) в отличие от коррупции частной (взяткодатель – частное лицо, подкупаются гос. чиновники). Как мы видим на примере России, механизм выстраивания личной власти это уже не массовые репрессии и тотальный террор, он очень прост: «Кто платит, тот и заказывает музыку», взяв деньги, девушка должна удовлетворить клиента. Именно таким образом государство (т.е. вполне конкретные люди, оказавшиеся в своё время у руля государственного управления, со своими вполне понятным желанием оставаться у власти бессрочно), имея в своём распоряжении бездонную бочку государственного бюджета, подчинило себе СМИ, общественные объединения (в том числе, партии, религиозные и молодёжные организации), ключевые коммерческие структуры, превратило в мощный пропагандистский ресурс различные массовые мероприятия (митинги, военные парады, спортивные мероприятия, – вспомним хотя бы Олимпиаду) и культуру (напр., финансируя идеологически правильные, «патриотические» картины). Огромные бюджетные средства вместо того, чтобы направляться на эффективное выполнение государством своих функций (улучшение жизни граждан и т.д.), направляются на создание у граждан впечатления эффективного его функционирования, вместо создания реальных поводов для гордости за страну (высокий ВВП, уровень жизни, развитая инфраструктура, качество медицины и образования, авторитет на международной арене и т.д.) – на раздувание патриотической спеси по поводу прошлых достижений и суррогатных инфоповодов (напр., олимпийских "побед", купленных путём допинга и фальсификаций анализов). Вот как-то так, по поводу коррупции, частной и государственной.

Просмотров: 0