7. Отношение к идее конституционной монархии

В связи с тем, что меня на протяжении некоторого количества времени многократно вносили в участники некоей монархической группы (из которой я с тем же упорством выходил), хотел бы пояснить своё отношение к идее конституционной монархии:

В той мере, в какой акцент делается на слове конституционной, принципиальных возражений вроде бы нет, понимая под конституционной монархией де факто демократическое государство с внешней монархической атрибутикой, которая не играет определяющей роли, но является данью традиции. 

Однако смысла продвигать монархическую идею я тоже никакого не вижу.

Абсурдность и ретроградность монархической идеи в 21 веке, когда и традиционные монархии всё чаще задумываются о ликвидации этого атавизма, бьёт в глаза: живущий в золотой клетке декоративный властитель, зачитывающий не им подготовленные речи и ставящий свою подпись под документами во исполнение не им принятых решений, живой манекен для проветривания по торжественным случаям короны, мантии, державы и скипетра (может лучше всякий раз брать по контракту какого-то подходящего по габитусу актёра с хорошей дикцией?).

Глава государства, занимающий свой пост (трон) не потому, что он обладает необходимыми личным качествами и убедил в этом большинство избирателей, а потому, что у него правильное педигри, и папа эякулировал в правильное влагалище при соблюдении всех необходимых формальностей?.. – напомню, что наследник российского престола должен быть мужчиной, прямым потомком Романовых («отродье Кошки и Кобылы», по меткому определению Максимилиана Волошина), рождённым в законном браке, причём оба родителя должны быть православными на момент его рождения (зачатия?).

Утверждение, что монарх будет, дескать, служить символом нации, вызывает недоумение – пусть символами служат гимн, флаг и герб – зачем так издеваться над живым человеком?

Кем самодержец вместе со всей своей семьёй точно будет служить – так это мишенью для папарацци и действующим лицом бесконечной мыльной оперы на радость жёлтой прессе.

Идея конституционной монархии отсыхает как хвостик у спелого арбуза.